В капкане похоти

Пока в этой истории нет того, что называется концовкой сюжетной линии. Также нет и подтверждения значения проведенной полиграфной проверки на исход по уголовному делу…

И вообще, проведенная проверка решала вопрос о целесообразности лишь одного тактического хода в позиции адвоката по защите клиента, подозреваемого в изнасиловании.

Адвокат рассказал мне, что потерпевшая дает показания о том, что его клиент-подозреваемый, привез ее в квартиру, где с применением физического насилия совершил с ней половой акт.  И все это всплыло только сейчас, спустя три месяца после описываемых потерпевшей событий изнасилования.

Однако, адвокату стало известно, что показания потерпевшей грешат неточностями, которые могут существенное повлиять на дело…

Так,  адвокату удалось найти свидетеля, да не просто свидетеля, а непосредственного участника тех событий- оказывается  был и третий. Таким образом, в деле может появиться, еще один участник. Только в каком процессуальном положении?  Свидетель или второй подозреваемый? Как говорится: «Почувствуйте разницу». О нем пока не знает следователь, молчит почему-то и потерпевшая.  Именно этого молодого человека предстояло мне протестировать на полиграфе, как потенциального свидетеля со стороны защиты.

Со слов этого нового «старого» свидетеля, история выглядела так. Он и его товарищ-подозреваемый, решили усовершенствовать и разнообразить свой сексуальный опыт и договорились с девушкой о сексе втроем.

Втроем, на его машине, они приехали на съемную квартиру, где, со слов моего проверяемого, у них «ничего не получилось», после чего они разошлись….

Свидетель стоит перед выбором. С одной стороны нужно  рассказать все как есть и помочь своему товарищу выпутаться из истории, в которую он попал. С другой стороны- а что если, сам окажется на одних нарах с другом, как соучастник преступления? А кроме того, как быть, если это разбирательство повлечет неминуемую огласку и проблемы в его отношениях с женой? Такой вот капкан.

Что может сделать полиграфолог в такой ситуации? Сразу скажу- не спасая или защищая проверяемого, а для установления объективной истины по делу.

Во- первых. Подтвердить, что мой проверяемый не «лжесвидетель».  Были подготовлены тесты относительно находился ли свидетель в тот вечер вместе с подозреваемым и потерпевшей. В том числе,  ехали втроем в машине, были втроем в квартире.

Во-вторых. Подтвердить или опровергнуть слова проверяемого об отсутствии секса с той девушкой.

В-третьих. Свидетель утверждал, что девушка сама, добровольно согласилась и поехала вместе с ними. Поэтому целью третьей  группы  тестов была проверка  ответов свидетеля относительно физического насилия и принуждения девушки.

В итоге, ложь не была выявлена ни по одному из  проведенных тестов. Иными словами, физиологические реакции проверяемого соответствовали его ответам на проверочные вопросы. Эти ответы можно считать условно правдивыми. Используя эмпирическую систему оценки тестов (ESS), можно рассчитать эту «условную правдивость». По каждому тесту вероятность ошибки рассчитывается отдельно, но в среднем, она не превысила 5%. Таким образом, правдивость ответов свидетеля- ориентировочно не менее 95%.

Это означает то, что если бы по этим темам я проверил 100 человек, то только 5 человек из общего количества, получив такие оценки, могли считаться лгунами. Всего 5 из 100! Такой расчет вероятности ошибки имеет большое значение для обоснования насколько точно заключение полиграфолога, чтобы принимать его как подтверждение определенных обстоятельств по делу.

Таким образом, полиграфная проверка подтвердила правдивость всех пояснений свидетеля, которые имеют значение для правильной квалификации события. Но с другой стороны, я видел по его поведению как тяжело ему дается этот шаг,  чувствовал его внутреннее раскаяние в том желании попробовать «клубнички», проблемы от которой только начинаются…